Бег. Вахтанговский театр.

Только не дайте мне проснуться

Уже вторые сутки не отпускает «Бег» Бутусова из Вахтанговского.

Я шла ничего не ожидая, кроме того, что мне будет тяжело сидеть 4 часа, но по планам это должно было скрасить наличие Ольги Лерман, Артура Иванова, Валерия Ушакова и Виктора Добронравова (если бы у меня было еще две Ольги, получилось бы каре, а так фулл-хаус. Но в покере мне никогда особо не везло).

Архитектура безумия

Звук. Громкий, выворачивающий наизнанку. Первые тридцать минут спектакля звучит монотонная механическая музыка, которая в какой-то момент сливается с сердцебиением и вдохом-выдохом. Она доводит до исступления, не оставляет ни на минуту и почти не утихает. Четыре часа звука: американская ретро-попса, русский рок, крик, «птыжь» вместо выстрела, «чучух-чучух» по сцене, звук бьющегося стекла, каждый раз, когда актер переступает декорацию-окно. Спектакль соткан из звука.

Слово. Вплести Маяковского, Довлатова, Бродского и Володина в пространство Булгакова может только гений. Удивительное чувство поэзии, которая становится полноценной деталью этого огромного полотна.

«Надо следить за своим лицом,
чтобы никто не застал врасплох,
чтоб не понял никто, как плох,
чтоб никто не узнал о том.
Стыдно с таким лицом весной.
Грешно, когда небеса сини,
белые ночи стоят стеной –
белые ночи, черные дни»…

 

«Боже мой, любимых, пережитых,
Уничтожить хочешь, уничтожь, ну!
Подними мне руки для защиты,
Если пощадить меня не можешь.
Если ты не хочешь. И не надо.
И в любви испуганно ловимой
Поскользнись на Родине и падай,
Оказавшись во крови любимой»…

Повторение отдельных элементов текста, которое накручивается словно на катушку в голове, морочит, давит, акцентирует тебя на нужном.

Образ. Увидев в программе фамилию Обрезков, я ожидала немного того, чего все ожидают от Обрезкова, но удивилась. Правда, удивилась положительно. Шинели, черные одежды, сапоги, лаконичные платья, фраки. Как всегда, это настолько цельно, что не отвести глаз. Удивительный художник.

Парики, скрывающие персонажа и меняющие его. Грим, искажающий лицо. Здесь все.

Движение. Лежание на сцене. Выпадение на сцену из кулисы и заползание обратно. Бег в обратном направлении. Дикие пляски. Скольжение по сцене. Тридцатиминутная лихорадка. Движение декорации при статике актеров. Зеркальные отражения движений, имитация, игра. Гипноз.

Что это было? Пугающее сумасшествие. Проснуться невозможно, а находиться страшно. Поймет это только опытный сновидец, который знает, что такое густой, вязкий сон, после которого просыпаешься с больной ватной головой.

Ну а на самом деле, главная мысль всего этого — лихорадочный бред агонизирующей в революции страны, русское лихолетье, боль и тоска целого народа, потеря смысла и отсутствие хоть одного пути, чтобы его найти.

Податься некуда, каждый остается при своем, пусть и малом. Может быть любовь? На фоне безумия она выглядит тускло.
И этот финал. Боже, что это за финал. Ожидание последнего звука затягивает пружину так, что тяжело вздохнуть. Сам звук разжимает ее так резко, что больно выдохнуть.

Советую ли я идти?

Ну только если вы очень смелый, опытный и готовы на один вечер немного умереть.

 

Больше отзывов и театральных мелочей на моей странице в Facebook

Билеты на все мероприятия я покупаю на КАССИР.РУ без наценок

comments powered by HyperComments